Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

25

войны, когда возле него однажды стояла, припав на сломанное колесо, брошенная деникинцами трехдюймовая пушка, а недалеко на ступенях штаба лежал труп расстрелянного генерала в шинели с красной подкладкой…

        …Они остановились на углу, постояли, вспоминая свою жизнь на берегу Сухого лимана, внезапную смерть Пантелея.

       

        – Вот ты, Миша, старый, опытный медик, заслуженный врач, – сказал Александр Николаевич, – как ты думаешь, от какой болезни тогда умер наш Пантелей? Врачи перерыли медицинские словари, справочники на всех европейских языках – и ничего не выяснили. Никаких упоминаний о такого рода заболевании нигде не находилось.

        – Как тебе сказать, Саша. Видишь ли, медицина до сих пор по раскрыла всех тайн человеческих недугов. Еще есть много загадочного. Ктото из врачей, помнится мне, сделал тогда предположение, что это какаято неизвестная форма тропического гнилостного заболевания еще библейских времен. Я лично думаю, что этот врач был недалек от истины. Возможно, что Пантелея действительно унесло в могилу какоето еще до сих пор не исследованное тропическое вирусное заболевание. Не исключено, что это редчайшая форма рака крови, какогото древнего, может быть, даже добиблейского происхождения. Из глубины Африканского континента вирусы были занесены сначала в воды Верхнего Нила, оттуда в Египет, в дельту Нила, оттуда попали в Средиземное море; может быть, ими оказались заражены морские рыбы, медузы, водоросли, вообще весь средиземноморский планктон. А там уже недалеко до Европы, до архипеллага Эгейского моря, до Греции. А может быть, они были занесены из Малой Азии вместе, например, с пальмовыми ветками… Как знать, какова живучесть этих вирусов, каков инкубационный период их заражения. Через сколько веков они могли попасть в кровь античного человека, передаваться из поколения в поколение, не вызывая никаких болезненных симптомов, и вдруг убить отдаленного потомка античного грека. А что касается истории с перевернутой иконкой, то я, Саша, будучи учеником Павлова и материалистом, считаю это вздором.

        – Да, конечно… Но ведь потом погиб и наш Жора, тот самый мальчик, который положил икону ликом вниз.

        – Наш Жора, – строго сказал Михаил Никанорович, – погиб как герой, отдав свою жизнь за Родину, когда ему было уже сорок лет от роду.

        – Значит, смерть ходила за ним тридцать пять лет, пока не настигла его на Сапунгоре.

        – Ты веришь в приметы?

        – Приходится.

        – Ты, Саша, идеалист, может быть, даже мистик. Вот уж чего я от тебя никак не ожидал!

        – Но в таком случае вот ты, ученик материалиста, физиолога Павлова и сам материалист, ответь мне: почему погиб именно Жора, а мы с тобой, прошедшие две мировые войны и одну гражданскую, остались живы, хотя не избежали ранений? Почему смерть нас не настигла?

        – На это я тебе ответить не могу при всем моем материализме, – с легкой усмешкой сказал Михаил Никанорович. – Здесь моя физиология бессильна.

        – Но ведь и нашу Лизу смерть тоже не пощадила, правда совсем недавно, но… Почему?

        – Ну, она была уже в пожилом возрасте, когда люди редко выздоравливают от сердечнососудистых заболеваний.

        – Значит, смерть все время гонялась за ней, пока наконец не настигла, хотя и в пожилом возрасте.

        – Ах, Саша, неужели ты до сих пор не уяснил себе, что за всеми нами гоняется смерть? Вот, например, и за мной…

       

        Михаил Никанорович прислонился к госпитальной стене. Его губы опять побелели. Он вынул из кармана

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту