Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

172

        Здесь Маяковский давно имел в виду знаменитый «многоуважаемый шкаф».

        «Изза привычной обывателю фигуры ничем не довольного нытика, – пишет далее Маяковский, – ходатая перед обществом за „смешных“ людей, Чехова – „певца сумерек“, выступают линии другого Чехова – сильного, веселого художника слова».

        Как видите, молодой Маяковский со свойственным ему своеобразием выступил на защиту памяти Чехова от тех критиков, которые всю жизнь мучили Чехова, называя его «нытиком», «певцом сумерек», «хмурым человеком» и прочими вздорными определениями.

        Самое замечательное заключается в том, что мнение Маяковского о Чехове оказалось весьма близким по духу к пониманию Чеховым самого себя.

        «Мое святое святых – это человеческое тело, здоровье, ум, талант, вдохновение, любовь. Вот программа, которой я держался бы, если бы был большим художником…» – говорит Чехов в письме к поэту Плещееву.

        Чехов в этом еще сомневался!

        Он был не просто большим художником. Он был художником громадным. Гением. И если разобраться, он действительно всегда твердо держался своей благородной программы, которая жива в мире и поныне.

        Интересно мнение о Чехове и Анри Барбюса. Однажды он спросил меня, кого из французских писателей я ставлю выше всего. Я назвал несколько прославленных имен, в том числе Мопассана.

        – Мопассан! – воскликнул Барбюс в сильнейшем волнении. – Нет, вы шутите! Как! Вы, русский, можете назвать великим писателем Мопассана, в то время как у вас есть такой действительно великий, действительно гениальный, ни с чем не сравнимый писатель, как Антон Чехов!

        А ведь еще на моей памяти считалось большим комплиментом Чехову, когда говорили, что он русский Мопассан.

        Русский читатель признал и полюбил Чехова прежде, чем современная критика поняла его истинные масштабы. Даже после смерти писателя в энциклопедии «Просвещение», в статье Скабичевского, который прославился своим полным непониманием значения Чехова, Антон Павлович квалифицирован всего лишь, как «известный беллетрист».

        Невероятно, но это так!

        Будучи писателем всемирным, Чехов прежде всего – писатель русский. В нем соединились все лучшие качества русского национального характера: ум – широкий, свободный, независимый, гордый; правдолюбие, неугасимое стремление к истине, горячая любовь к своей родине и к своему народу, бескорыстное, подвижническое служение этому народу.

        И конечно – поразительный талант.

        Все эти качества позволили Чехову не только очень глубоко, до самого дна проникать в самую суть всех явлений жизни, но и осветить их беспощадно ярким светом своего разума, без чего художник не в состоянии создать скольконибудь достоверные характеры, а тем более картину общества.

        Говоря о писательском таланте, как теперь принято говорить, мастерстве Чехова, я имею в виду ту высшую простоту, скромность художественных средств, которые в руках подлинного художника стоят гораздо дороже самых изысканных словесных построений и метафор, многозначительных архаизмов и кустарных подделок под якобы народную речь в духе чеховского Епиходова, – словом, без всего того ложнохудожественного, что многие критики и до сих пор еще продолжают самоуверенно называть «сочно», «красочно» и чего, по свидетельству Ивана Бунина, Чехов терпеть не мог.

        «Красочно» – ведь они же не знают, что у художников это бранное слово!»

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту