Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

144

коммунизма – всенародное дело.

       

        …Мороз ниже двадцати градусов. Над Волгой висит пелена седого тумана. Солнце блестит сквозь туман маленьким розовым кружком. Несколько дней подряд здесь свирепствовали бураны. Нынче тихо. Все занесено глубоким снегом. Дорога пробита в снегу. Пересекаем Волгу, Сначала идут протоки, острова, потом сама Волга. Острова густо поросли тальником, на треть занесенным снегом. Тонкие прутья ярко, воздушно сквозят на солнце, кажутся совсем коралловыми. То и дело встречаются снегоочистительные машины – бульдозеры, которые, пыхтя и оставляя на снегу синие отпечатки добела вытертых гусениц, разваливают сугробы своим косым длинным плугом. Свежо и крепко пахнет взрытым снегом. В глубокой колее лежит густая синяя тень. Нескончаемой вереницей идут попутные и встречные машины – легковые «Победы" и „эмки“, тракторы, вездеходы, пятитонки. Тракторы тащат на прицепе передвижные электростанции, дизельные установки, иногда целые небольшие домики. На грузовиках штабеля свежего, лимоннозолотистого теса, оконных рам, горы почтовых посылок, кровати, канцелярская мебель, матрацы, станки, электрооборудование, запасные части экскаваторов, стальные тросы. Над кабинами большинства машин красные таблички с надписью: „Стотысячник“. Это значит, что водитель машины взял на себя обязательство пройти со своей машиной сто тысяч километров без капитального ремонта. Движение стотысячников широко охватило коллектив строителей Куйбышевской гидростанции. Теперь стотысячники, кроме того, торжественно берут свои машины на социалистическую сохранность.

        Круто ныряя с горки на горку в зарослях тальника, машина наконец делает последний поворот и выезжает на ровную, прямую, твердую дорогу. Мы – на льду Волги. Дорога расчищена до блеска. Она вся в золотистослюдяных наледях. По сторонам высокие снежные валы с воткнутыми в них вешками. Иногда это шесты с привязанным наверху пучком сена. Иногда – заиндевевшая ветка сосны. Впереди – величественная мутноголубая панорама Жигулей.

        Горы приближаются, растут, ощутительно заслоняют горизонт. Уже видны подробности: промоины, занесенные снегом, крутые склоны, поросшие мелколесьем, отдельные деревья, нефтяная вышка на вершине, живописные развалины старинной сторожевой башни, как бы повисшей над головокружительной пропастью. У подошвы плоско раскинулось старинное волжское село; высокие столбы розового и голубого дыма над темными тесовыми крышами изб и над светлыми рубероидными крышами великого множества новых сооружений – бараков, коттеджей, бань, почтовых отделений, строительных контор, складов, грелок. Дряхлая ветряная мельница – и рядом могучая стрела деррика. Сочетание отмирающего прошлого и со сказочной быстротой возникающего нового.

       

        Но прежде чем подняться на берег, наш вездеход проезжает как бы по улице странного города, раскинувшегося прямо на льду Волги, на том месте, где будет электростанция. Этот город состоит из буровых вышек геологической разведки. Маленькие теплые домики, обитые снаружи черным толем, над которым возвышаются бревенчатые вышки, издали похожие на букву А. Составленные в строгом порядке, каждый на своем особом квадрате, эти домики образуют улицы, переулки, тупики. Над ними вьются дымки времянок. Слышатся пыхтенье моторов и шум механизмов.

        Геологи первыми приходят на строительную площадку и первыми ее покидают.

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту