Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

84

я мобилизовала чисто все на свете – и бочки, и ведра, и макитры.

        Надо правду сказать: моя подружка и соперница Мария Гнатенко дюже нам пособила. Она со своим звеном поливала и мою плантацию. Но, конечно, не даром. У нас с ней был полный хозрасчет: «так на так». Я со своей стороны сильно помогала ей бороться на ее участке с мотыльком. У меня есть свой способ – ночью палить костры. Мотылек идет на огонь, ну и, конечно, сгорает. Через этот способ сколько неприятностей было, вы себе представить не можете! Говорили: «Ты только всех мотыльков временно отпугнешь, все равно они в огонь не пойдут, а потом обратно налетят, а буряки можешь спалить». Но я была настойчивая. Развела костры и спалила всех мотыльков, а буряки совершенно не пострадали.

        – Почему же вы решили жечь мотыльков на кострах?

        – Та як же… Колысь я ехала ночью на райкомовском «фордике» и заметила, что мотыльки цельной тучей летят на фонари, ну, я тут сейчас же и сообразила это использовать…

        По этому поводу я вспомнил, как на Магнитке в 1931 году изощрялись ребятабетонщнки в изобретении всяких новшеств, облегчавших и ускорявших процесс кладки.

        Услышав слово «Магнитка», Мария Демченко вдруг светло и взволнованно улыбнулась.

        – Так вы ж разве были на Магнитке?

        – Был.

        – В каком году?

        – В тридцать первом.

        – Так я ж тогда там была! Бетонщицей работала!

        – На каком участке?

        – На шестом.

        – И я на шестом сидел.

        – Что вы скажете!

        Знаменитый шестой участок. Знаменитое состязание с Харьковом. Так вот оно что! Вот откуда у Марии Демченко эта изобретательность, этот наблюдательный, хозяйский глаз, эта трудовая дисциплина!

        Она прошла хорошую пролетарскую, комсомольскую школу, эта упорная, настойчивая, целеустремленная украинская девушка!…

        Она заканчивает свой рассказ:

        – Ну, когда началась копка, никто, конечно, почти не спал. Семнадцать дней безвыходно жили в таборе. Копали ночью, при кострах. Ложились в три часа ночи, вставали чуть свет. Мама носила мне лепешки. Я, знаете, очень люблю ваши лепешки, на сале. В пять часов вечера выкопали последний буряк. А уж вокруг, вы себе не представляете, что делается! Со всех сторон идут, едут, бегут. Прямо толпы народа! Две киноэкспедиции аппараты крутят. В восемь часов последняя пятитонка с моими буряками уехала на сахарный завод. Мы все ждем. Там, на заводе, важат мои буряки. И еще неизвестно, сколько их там наважат. Дотянут до пятисот или же не дотянут? Представьте, как я нервничаю! И вот через час вдруг звонят с завода: уже есть пятьсот, а то, что еще осталось, подсчитывают. А в это время откуда ни возьмись прямо в таборе появились столы, лампы, вино, пиво, жареные куры, сало, лепешки, свинина – все на свете, прямотаки пир горой. Оркестр, конечно, с сахарного завода. Танцы.

        И Давид Бурда, мой бригадир, поднял тогда за меня первый тост.

        Он сказал:

        «Поднимаю этот тост за Марию Демченко, что она твердо сдержала комсомольское слово. Ура!»

        Ну, что было дальше – нельзя описать!

        Тут вдруг прилетает аэроплан с сотрудниками киевских «Вистей» и садится на наш аэродром. У нас уже знают: если ктонибудь летит, то зажигай на аэродроме костры, потому что все равно к нам!…

        Я танцевала всю ночь, хотя за эти семнадцать дней я устала ужасно. И всю ночь я черпала кружкой вино прямо из ведра и подносила по очереди

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту