Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

78

Старуха с любопытством отыскивала в группе себя.

        Теперь их было уже не двадцать пять, а сорок. Пятнадцать прибавилось – вернулись в бригаду, прослышав про хороший урожай.

        Они были одеты чисто и даже нарядно.

        Они были красные и загорелые.

        Хорошо ели, были веселы и оживлены.

        Кухарка, которая в прошлый раз ворчала больше всех, искала себя в группе и не находила. Она стояла с краю и е вышла.

        Была очень недовольна, даже рассержена.

        Она кричала:

        – Снимите кухарку, снимите меня, как я варю борщ!

        Одна из новоприбывших в бригаду пыталась пожаловаться, что у нее мало трудодней, но другие на нее напали: надо было раньше начинать работать.

        Некоторые уже поговаривали о том, что нечего надевать, мало ситцу. А это уже хороший признак.

        Та старуха, которая обещала умереть, стояла против меня, открыв рот с редкими, сточенными, но все же целыми зубами, и говорила:

        – Не хочу умирать, хочу жить и наробыть богато трудодней.

        Она это говорила, просительно улыбаясь, как будто бы был всемогущий бог.

        Кухарка наступала на меня и требовала, чтобы ей выдавали мыло и чистый фартук.

        Я сказал:

        – А я здесь при чем? Возьми мою майку.

        Она басом захохотала:

        – На что мне твоя майка!

        Они решили требовать у колхоза мыло и фартук для кухарки.

        Настроение было боевое и веселое.

        Разительная перемена.

        Здесь раньше было громаднейшее имение помещика Русова.

        Он был чудовищно богат.

        Приезжал сюда раз в пятнадцать лет, а так постоянно жил за границей.

        Всеми делами заворачивал его управляющий Дымов – человек широкий и красивый. Он жил в Писаревке.

        Наша Семеновна в семнадцать лет стала его любовницей, «экономкой». Обыкновенная украинская история.

        Очевидно, в молодости она была дьявольски красива. Она еще и сейчас довольно красива, а сейчас ей под пятьдесят.

        Она что называется бабаогонь. Черна, подвижна, с острым глазом, соболиной бровью. Наверное, такие были киевские ведьмы.

        С Дымовым она прижила двух дочерей.

        Сначала он дал ей пятьсот рублей на хату. Потом она потребовала еще тысячу рублей. Он не дал. Начался суд. Суд прекратила революция.

        Дымова убили махновцы.

        Семеновна еще раньше вышла замуж за хорошего человека, железнодорожника. С ним, впрочем, она не живет.

        Младшая дочь осталась при нем, в Днепропетровске.

        Иногда она приезжает к матери.

        Несмотря на свой возраст, Семеновна не может угомониться.

        Уже на службе у Костина, месяцдва назад, у нее был роман с эмтээсовским бухгалтером, плюгавым и незаметным человеком. Она крепко держалась за эту последнюю любовь. Она подкармливала бухгалтера, стирала ему, всячески ублажала.

        Бухгалтер жил внизу.

        Она ходила к нему ночевать. Эта была почти официальная связь.

        Вдруг бухгалтер стал крутить роман с некоей Надей, конторщицей из своей бухгалтерии.

        Эта Надя считалась по всей МТС первой красавицей. Я ее видел. Ей лет двадцать – двадцать один. У нее небольшие черненькие глазки, провинциальный носик, гладко зачесанные, с узлом на затылке, волосы. Сложение довольно коровье.

        Вследствие своей смазливости и аполитичности она была любимой мишенью для эмтээсовской стенной газеты.

        Постоянно по ее адресу появлялись язвительные заметки с заголовками вроде: «О, эти черные глаза…» и т. п. Я сильно подозреваю,

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту