Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

37

американского инструктора, столь невозмутимо, четко и безошибочно разглаживавшего феодальные морщины на лице омоложенной революцией старушки Москвы.

        Признаться, мне стало немножко досадно, что лавры общественного внимания пожинает иностранец.

        Впрочем, через двадцать минут мой вполне простительный, немного наивный советский патриотизм был вполне удовлетворен на следующем углу, где работал другой «Буффало».

        Там трактором управляла простецкая, нашенская, курносая девушкакомсомолка с алым платком, съехавшим набок и открывавшим русые кудряшки.

        Не менее ловко, чем американский молодчик, девушка наша бросала своего моторного коня вперед, осаживала его, поворачивала, стопорила… Кучка любопытных – преимущественно парни – с разинутыми ртами глядели на девушку, на ее загорелую руку, на ее серьезно сдвинутые брови, плотно сжатый рот и веснушчатый, похожий на кукушечье яйцо, нос, покрытый мелкой росой пота.

       

        Общий ремонт улиц временно превратил Москву в ад.

        Трамвайные и автобусные маршруты меняются ежедневно, ежечасно.

        Сесть на нужный вам трамвай так же трудно, как выиграть в лото. Вообще езда в трамвае сейчас похожа на игру в лото. Судьба наугад вынимает из серого мешка улицы смешанные ремонтом бочечки трамвайных номеров. Очень редко они совпадают с нумерованными картами таблиц, выставленных на остановках.

        На табличке – 1, 34, 4, 6…

        Судьба вынимает вам – Б, 8, 17, почемуто 45 (и чину такого нет!)…

        Что касается такси, то временно забудьте об этом благодатном способе передвижения.

        Бесконечные партии иностранных туристов моментально расхватывают еще у вокзалов такси и по целым дням мечутся по строящейся Москве, наводя очки, лорнеты и «лейки» на все попадающееся на пути.

        Что тянет их к нам?

        Экзотика?

        Возможно, с их точки зрения, экзотики у нас хоть отбавляй. Церкви, перестраиваемые в клубы, лозунги над портиком Большого театра, очереди у магазинов, грохот стройки, идущей сверхъестественным темпом, пестрые халаты узбеков, китайские студенты, отряды пионеров, флаг над зданием ЦИК СССР за зубчатыми стенами Кремля, за теми самыми стенами, на которых некогда стоял, скрестив руки на груди, маленький французский император, попавший в этой «экзотической» стране в очень неприятную историю.

        Нет, не только экзотика тянет к нам иностранцев, не только любопытство.

        Тут больше, чем любопытство. Старый, уходящий мир смотрит в глаза новому, идущему ему на смену миру. Падающий класс смотрит в глаза восходящему классу.

        Смотрит и не может отвести глаз, как эта старая, некрасивая, хорошо одетая американка, проезжающая сейчас в такси мимо хвоста у кооператива, не может отвести лорнета от лесов строящегося гигантского дома на углу Лубянки и Кузнецкого.

        Эти странные, непонятные русские! Они испытывают на своем пути всяческие затруднения – продовольственные, жилищные, денежные – и всетаки строят. Мало того. Строят не какнибудь, а широко и планово, строят с энтузиазмом, самозабвением, верой в победу своей идеи… строят гигантские заводы, комбинаты, электростанции… Эти непонятные русские большевики, из которых едва ли каждый сотый более или менее прилично одет.

        Старому миру страшен наш энтузиазм, и его тянет к нам, неодолимо тянет.

       

        В тех частях Москвы, где улицы забетонированы, где вечером в дождь в мокром бетоне зеркальными

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту