Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

77

сказал Ахунбаев.

        Капитан Енакиев посмотрел в бинокль и заметил:

        — В сопровождении пехоты.

        Капитан Ахунбаев нетерпеливо взял из его рук бинокль и тоже посмотрел. Он смотрел довольно долго, водя биноклем по горизонту. Наконец он вернул бинокль.

        — До двух рот пехоты, — сказал Ахунбаев.

        — Приблизительно так, — сказал капитан Енакиев. — Сколько у вас осталось штыков?

        Ахунбаев не ответил на этот вопрос прямо.

        — Большие потери, — с раздражением сказал он, перевязал на шее тесёмочки плащпалатки, подтянул осевшие голенища сапог и широкими шагами побежал вперёд, размахивая автоматом.

        Как ни тихо вёлся этот разговор, но в тот же миг слово «танки» облетело оба орудия.

        Солдаты, не сговариваясь, стали копать быстрее, а пятые и шестые номера стали поспешно выбирать из ящиков и складывать отдельно бронебойные патроны. Твёрдо помня своё место в бою, Ваня бросился к патронам.

        И в это время Енакиев заметил мальчика.

        — Как! Ты здесь? — сказал он. — Что ты здесь делаешь?

        Ваня тотчас остановился и вытянулся в струнку.

        — Шестой номер при первом орудии, товарищ капитан, — расторопно доложил он, прикладывая руку к шлему, ремешок которого никак не затягивался на подбородке, а болтался свободно.

        Тут, надо признаться, мальчик немножко слукавил. Он не был шестым номером. Он только был запасным при шестом номере. Но ему так хотелось быть шестым номером, ему так хотелось предстать в наиболее выгодном свете перед своим капитаном и названым отцом, что он невольно покривил душой.

        Он стоял навытяжку перед Енакиевым, глядя на него широко раскрытыми синими глазами, в которых светилось счастье, оттого что командир батареи наконец его заметил.

        Ему хотелось рассказать капитану, как он переносил за пушкой патроны, как он снимал колпачки, как недалеко упала мина, а он не испугался. Он хотел рассказать ему всё, получить одобрение, услышать весёлое солдатское слово: «Силён!»

        Но в эту минуту капитан Енакиев не был расположен вступать с ним в беседу.

        — Ты что — с ума сошёл? — сказал капитан Енакиев испуганно.

        Ему хотелось крикнуть: «Ты что — не понимаешь? На нас идут танки. Дурачок, тебя же здесь убьют. Беги!» Но он сдержался. Строго нахмурился и сказал отрывисто, сквозь зубы:

        — Сейчас же отсюда уходи.

        — Куда? — сказал Ваня.

        — Назад. На батарею. Во второй взвод. К разведчикам. Куда хочешь.

        Ваня посмотрел в глаза капитану Енакиеву и понял всё. Губы его дрогнули. Он вытянулся сильнее.

        — Никак нет, — сказал он.

        — Что? — с удивлением переспросил капитан.

        — Никак нет, — повторил мальчик упрямо и опустил глаза в землю.

        — Я тебе приказываю, слышишь? — тихо сказал капитан Енакиев.

        — Никак нет, — сказал Ваня с таким напряжением в голосе, что даже слезы показались у него на ресницах.

        И тут капитан Енакиев в один миг понял всё, что происходило в душе этого маленького человека, его солдата и его сына. Он понял, что спорить с мальчиком не имеет смысла, бесполезно, а главное — уже нет времени.

        Чуть заметная улыбка, молодая, озорная, хитрая, скользнула по его губам. Он вынул из полевой сумки листок серой бумаги для донесений, приложил его к орудийному щиту и быстро написал химическим карандашом несколько слов. Затем он вложил листок в небольшой серый конвертик и заклеил.

        — Красноармеец Солнцев! — сказал он так громко, чтобы услышали все.

        Ваня подошёл строевым шагом и стукнул каблуками:

        — Я, товарищ капитан.

        — Боевое задание. Немедленно доставьте этот пакет на командный пункт дивизиона,

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту