Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

139

паруса.

        Однажды утром Петя пришел на море и не нашел возле хибарки старика.  На том месте, где обычно стояла его кровать, теперь были устроены козлы,  и  на них чужой рослый старик с киевским крестиком на черной шее стругал доску.

        Длинная стружка, туго завиваясь, штопором лезла из рубанка.

        Тут же стояла Мотя  в  новом,  но  некрасивом,  ни  разу  не  стиранном коленкоровом платье и в тесных ботинках.

        - А у нас дедушка  сегодня  умер,  -  сказала  она,  близко  подойдя  к мальчику. - Хочешь посмотреть?

        Девочка взяла Петю за руку  холодной  рукой  и,  стараясь  не  скрипеть ботинками, ввела в мазанку.

        Дедушка с выпукло закрытыми глазами и подбородком, подвязанным платком, лежал на той же самой жидкой кровати. Из крупных рук, высоко  выложенных  на груди поверх иконы св. Николая,  торчала  желтая  свечечка.  Сквозь  вымытое стекло падал столб такого яркого и горячего солнечного  света,  что  пламени свечки совсем не было видно. Над расплавленной  ямкой  воска  виднелся  лишь черный крючок фитилька, окруженный зыбким  воздухом,  дававшим  понять,  что свеча горит.

        На третий день дедушку похоронили.

        Ночью накануне похорон явился Терентий,  ничего  не  знавший  о  смерти деда. На плече Терентий держал громадный, тяжелый сверток. Это был обещанный парус.

        Терентий свалил его в угол и некоторое время стоял перед дедушкой,  уже положенным в сосновый некрашеный гроб.

        Потом, не перекрестившись, крепко поцеловал старика в твердые,  ледяные губы и молча вышел вон.

        Гаврик проводил  брата  берегом  до  Малого  Фонтана.  Отдав  кое-какие распоряжения относительно похорон, на которые он, конечно,  не  мог  прийти, Терентий пожал младшему брату руку и скрылся.

        ... Четыре русоусых рыбака несли на плечах дедушку  в  легком  открытом гробу.

        Впереди, рядом с матросом в изодранном мундире, несшим на плече  грубый крест, шел чистенький, умытый, аккуратно причесанный Гаврик.  Он  держал  на полотенце громадную глиняную миску с колевом.

        Гроб провожали Мотина мама с Женечкой на руках, Мотя, Петя и  несколько соседей-рыбаков в праздничных костюмах, всего человек  восемь.  Но  по  мере приближения к кладбищу народу за гробом становилось все больше и больше.

        Слух о похоронах старого рыбака, избитого в участке, непонятным образом облетел весь берег от Ланжерона до Люстдорфа.

        Из приморских переулков целыми семьями и  куренями  выходили  рыбаки  - малофонтанские, среднефонтанские, сдачи Вальтуха,  из  Аркадии,  с  Золотого Берега, - присоединяясь к процессии.

        Теперь за нищим гробом  дедушки  в  глубоком  молчании  шла  уже  толпа человек в триста.

        Был последний день апреля. Собирался дождик. Воробьи, расставив крылья, купались в мягкой пыли переулков. Серое асфальтовое небо стояло над  садами. На нем с особенной резкостью выделялась молодая  однообразная  зелень,  вяло повисшая в ожидании дождя.

        Во дворах сонно кукарекали петухи.  Ни  один  луч  солнца  не  проникал сквозь плетеные облака, обдававшие духотой.

        Возле самого кладбища  к  рыбакам  стали  присоединяться  мастеровые  и железнодорожники Чумки, Сахалинчика, Одессы-Товарной, Молдаванки, Ближних  и Дальних Мельниц. Кладбищенский городовой с тревожным удивлением  смотрел

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту