Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

135

красоты  балаганы,  полные чудес и тайн, в то время как рассудительный  опыт  твердил,  что  все  будет точно таким же, как и в прошлом году. Не хуже,  не  лучше.  Но  фантазия  не могла примириться с этим - она требовала нового, небывалого. Петя подходил к рабочим, к подрядчикам, терся возле них, желая что-нибудь выпытать:

        - Послушайте, вы не знаете, что здесь будет?

        - Известно, что. Балаган.

        - Я знаю, что балаган, а какой?

        - Известно, какой. Деревянный.

        Мальчик притворно хохотал, стараясь подольститься:

        - Да я сам знаю, что деревянный. Вот комик! А что в нем будет? Цирк?

        - Цирк.

        - Как же цирк, когда цирк круглый, а это не круглое?

        - Значит, не цирк.

        - Может быть, паноптикум?

        - Паноптикум.

        - Такой маленький?

        - Значит, не паноптикум.

        - Нет, серьезно, что?

        - Нужник.

        Багровея от неприличного слова, Петя хохотал еще громче, готовый на все унижения, лишь бы узнать хоть что-нибудь.

        - Ха-ха-ха! Нет, серьезно, скажите, что здесь будет?

        - Иди, мальчик, иди, тебе здесь не компания. На уроки опоздаешь.

        - Я еще не хожу в гимназию. У меня была скарлатина, а потом  воспаление легких.

        - Так иди и ляжь в постелю, чем путаться под ногами.  Не  морочь  людям голову!

        И Петя, натянуто улыбаясь, отходил прочь, продолжая ломать  голову  над неразрешимым вопросом.

        Впрочем, было отлично известно: все равно до тех пор, пока балаганы  не обтянут сверху холстом и не увешают картинами,  ничего  нельзя  узнать.  Это было так же невозможно, как угадать, какого цвета распустится к первому  дню пасхи гиацинт из бледной ножки.

        В страстную субботу в балаганы привезли в высшей  степени  таинственные зеленые ящики и сундуки с надписью: "Осторожно". Но  в  Одессе  не  было  ни одного мальчика, который знал бы, что находится в этих сундуках.

        Можно было только предполагать,  что  это  восковые  фигуры,  волшебные столики фокусников или тяжелые плоские змеи с тусклыми глазами и раздвоенным жалом.

        Было  также  известно,  что  в  одном  из    этих    сундуков    находится женщина-русалка с дамским бюстом и чешуйчатым хвостом вместо ног. Но как она там живет без  воды?  Или,  может  быть,  в  сундуке  заключена  ванна?  Или женщина-русалка упакована в мокрую тину? Обо всем  этом  можно  было  только догадываться.

        Петя  сходил  с  ума  от  нетерпения,  дожидаясь  начала  ярмарки.  Ему казалось, что еще ничего не готово, что все пропало,  что  вдруг  ярмарка  в этом году так и не откроется.

        Но его опасения оказались напрасны. К первому дню  праздника  все  было готово: картины развешаны, столбы из флагов выбелены, площадь обильно полита из длинных зеленых бочек,  которые  целый  день  накануне  разъезжали  между балаганами, черня сухую землю сверкающими граблями воды.

        Одним словом, пасха пришла и расцвела в тот самый день, в который ей  и полагалось по календарю.

        Утомительно трезвонили колокола, среди взбитых  облаков  летело  свежее солнце. Тетя в белом кружевном платье резала ветчину, отогнув кожу  окорока, толстую и круглую, как револьверная кобура.

        Сахарные  барашки  стояли  на  куличах.  Розовый  Христос  летел,    как балерина,  на  проволочке,    подняв    бумажную    хоругвь.    Вокруг

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту