Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

129

  - Я... не понимаю... - пробормотала тетя.

        - Странная фантазия - посылать ребенку  какие-то  военные  реликвии,  - сухо заметил отец, пожав плечами. - Удивительно... непедагогично!

        - Ах, замолчите, вы ничего не понимаете! Молодец бабушка! -  воскликнул мальчик в восторге и бросился с заветным свертком в детскую.

        Из тончайшей шелковой бумаги блеснули  старательно  завернутые  золотые пуговицы. Петя торопливо стал их разворачивать.

        Но, боже мой, что это? Они оказались без орлов!

        Пуговицы были совершенно гладкие и ничем не отличались от самых дешевых солдатских одинарок. Петя, правда, насчитал их шестнадцать штук. Но  за  все это нельзя было получить больше трех пятков.

        Что же случилось? Впоследствии, много лет спустя, Петя  узнал,  что  во времена императора Александра Второго пуговицы у офицеров были без орлов. Но кто же мог это предвидеть? Мальчик был  совершенно  подавлен.  Он  сидел  на подоконнике, опустив на колени ненужный мундир.

        За окном, мимо термометра, летели снежинки. Мальчик  равнодушно  следил за ними, не испытывая при виде первого снега обычной радости.

        Перед его глазами одна за другой возникали картины событий,  участником и свидетелем которых он был совсем  недавно.  Но  теперь  все  это  казалось мальчику таким далеким, таким смутным, неправдоподобным, как сон. Как  будто все это произошло где-то совсем в другом городе, может быть, даже  в  другой стране.

        Между тем Петя знал, что это не был  сон.  Это  было  вон  там,  совсем недалеко, за Куликовым полем, за  молочным  дымом  снега,  несущегося  между небом и землей.

        Где сейчас Гаврик? Что стало с Терентием и матросом? Удалось ли им уйти по крышам?

        Но не было ответа на эти вопросы.

        А снег продолжал лететь все гуще и гуще, покрывая черную землю Куликова поля чистой, веселой пеленой наступившей наконец зимы.

          41 ЕЛКА

        Пришло рождество.

        Павлик  проснулся  до  рассвета.  Для  него    сочельник    был    двойным праздником: он как раз совпадал с днем рождения Павлика.

        Можно  себе  представить,  с  каким    нетерпением    дожидался    мальчик наступления этого хотя и радостного, но вместе с тем весьма  странного  дня, когда ему вдруг сразу делалось четыре года!

        Вот только еще вчера было три,  а  сегодня  уже  четыре.  Когда  ж  это успевает случиться? Вероятно, ночью.

        Павлик  решил  давно  подстеречь  этот  таинственный  миг,  когда  дети становятся на год старше. Он проснулся среди ночи, широко открыл  глаза,  но ничего особенного не заметил. Все как обычно: комод, ночник, сухая пальмовая ветка за иконой.

        Сколько же ему сейчас: три или четыре года?

        Мальчик стал внимательно рассматривать свои руки и подрыгал под одеялом ногами. Нет, руки и ноги такие же, как вечером,  когда  ложился  спать.  Но, может быть, немного выросла голова? Павлик старательно ощупал голову - щеки, нос, уши... Как будто бы те же, что вчера.

        Странно.

        Тем более странно, что утром-то ему непременно будет  четыре.  Это  уже известно наверняка. Сколько же ему сейчас? Не может быть, чтобы до  сих  пор оставалось три. Но, с другой стороны, и на четыре что-то не похоже.

        Хорошо было бы разбудить папу. Он-то наверное знает. Но вылезать из-под теплого одеяльца

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту