Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

121

И лицо скрылось.

        Петя в нерешительности оглянулся. Но он был совершенно один, и не с кем было посоветоваться.

        Вверху  опять  щелкнуло,  и  вниз  полетел  большой  кусок  штукатурки, разбившейся вдребезги у самых Петиных ног.

        Съежившись, мальчик бросился в дверь  черного  хода.  Путаясь  в  полах слишком длинной, сшитой "на рост", шинели, он стал  взбираться  по  гремучей железной лестнице наверх.

        - Давай, давай, давай! - кричал сверху сердитый голос.

        Тяжелый ранец больно колотил по спине. Раздутые карманы  стесняли  шаг. Сразу стало жарко. Фуражка внутри стала  горячая  и  мокрая.  Пот  лился  на брови, на глаза. Лицо пылало.

        А раздраженный, умоляющий голос продолжал кричать сверху:

        - Давай! Давай же, ну тебя к черту!

        Едва Петя, тяжело дыша и даже высунув от напряжения язык,  добрался  до площадки четвертого этажа, как его сразу схватил за плечи человек в хорошем, но грязном пальто с барашковым воротником, без  шапки,  с  мокрыми  волосам, прилипшими ко лбу.

        Его  франтоватые  усики  и  бородка    совершенно    не    соответствовали воспаленному простому, курносому лицу, осыпанному известкой.

        Отчаянные, веселые и  вместе  с  тем  как  бы  испуганные  глаза  жарко блестели под побелевшими от извести колосистыми  бровями.  У  него  был  вид человека, занятого какой-то очень трудной и, главное, очень спешной работой, от которой его оторвали.

        Он ужасно торопился назад. Он схватил Петю сильными руками за плечи.

        Мальчику показалось, что сейчас его будут трясти,  как  папа  в  минуту ярости. Петя даже присел от страха. Но человек ласково заглянул в глаза.

        - Принес? - торопливым шепотом  спросил  он  и,  не  дожидаясь  ответа, втащил мальчика в пустую кухню какой-то квартиры, в глубине которой  -  Петя сразу это почувствовал - делалось что-то громадное и страшное, что обычно  в квартире делаться не может.

        Человек бегло осмотрел Петю и сразу же, не говоря ни слова, полез в его оттопыренные карманы. Он торопливо стал вытаскивать из них грузные  мешочки. Петя стоял перед ним, расставив руки.

        Что-то было в этом незнакомом  человеке  с  усиками  и  бородкой  очень знакомое. Несомненно, где-то Петя его уже видел. Но где и когда?

        Мальчик изо всех сил напрягал память, но никак не мог вспомнить. Что-то ему мешало, сбивало с толку. Может быть, усики и бородка?

        Между тем человек проворно вытащил  из  карманов  мальчика  все  четыре мешочка.

        - Все? - спросил он.

        - Нет, еще есть в ранце.

        - Молодец, мальчик! - закричал человек. - Ай, спасибо! А еще гимназист!

        Он в знак восторга крепко взялся за козырек Петиной фуражки  и  глубоко насунул ее мальчику по самые уши.

        И тут Петя увидел возле самого носа закопченную, тухло пахнущую порохом коренастую руку с маленьким голубым якорем.

        - Матрос! - воскликнул Петя.

        Но в этот же миг в глубине квартиры что-то рухнуло. Рванулся воздух.  С полки упала кастрюля. Матрос мягким, кошачьим движением бросился в  коридор, успев крикнуть:

        - Сиди тут!

        Через минуту где-то совсем  рядом  раздалось  подряд  шесть  отрывистых выстрелов. Петя поскорей сбросил ранец и  стал  его  расстегивать  дрожащими пальцами.

        В это время из коридора в кухню, шатаясь, вошел Терентий.

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту