Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

117

делаете? А  я думал, вы - в участке.

        Но дедушка посмотрел на мальчика, как видно не узнавая.

        Он переложил из руки в руку ведро и прошамкал глухо:

        - Я здесь теперь... Сторожу... Ночной сторож... да...

        И тихонько пошел дальше.

        Мальчики заходили в порт, на Чумку, в Дюковский сад,  на  Пересыпь,  на завод Гена. Они побывали всюду, кроме Ближних Мельниц.

        На Ближние Мельницы Гаврик возвращался один после трудового дня.

        Тетя и папа сошли бы, вероятно,  с  ума,  если  бы  только  могли  себе представить, в каких местах побывал за это время их Петя.

          37 БОМБА

        Но вот однажды настал конец этой  восхитительной,  но  жуткой  бродячей жизни.

        В этот памятный день Гаврик пришел  раньше  обыкновенного,  и  мальчики тотчас отправились в город.

        У Гаврика было серое, необычайно собранное неподвижное лицо с  пестрыми от холода, крепко сжатыми губами. Он быстро и  валко  шел,  глубоко  засунув руки в карманы своих широких  бобриковых  штанов,  маленький,  сгорбившийся, решительный. Только в его прозрачных, как у дедушки, стоячих глазах мелькало иногда недоброе оживление. Петя еле поспевал за своим другом. Мальчики почти бежали по улице, безлюдной, как во сне.

        Напряженное ожидание  чего-то  висело  в  сером  воздухе.  Шаги  звонко раздавались по плиткам тротуара. Под каблуком иногда ломалось оконное стекло льда, затянувшего пустую лужу.

        Вдруг где-то далеко, в  центре,  раздался  легкий  грохот.  Можно  было подумать, что везли на  ломовике  пирамиду  пустых  ящиков  и  внезапно  они развязались и рухнули на мостовую.

        Гаврик остановился, прислушиваясь к слабому шуму эха.

        - Что это? - шепотом спросил Петя. - Ящики?

        - Бомба, - сухо и уверенно сказал Гаврик. - Когось трахнули.

        Через два квартала навстречу мальчикам из-за угла  выбежала  женщина  с корзиной, из которой сыпались древесный уголь и айва.

        - Ой,  господи  Иисусе  Христе,  ой,  мать  пресвятая  богородица...  - бессмысленно повторяла женщина, стараясь дрожащей рукой натянуть сбившийся с головы платок. - Ох, господи, что же это делается! На кусочки разорвало...

        - Где?

        - На Полицейской... Вот так я иду, а вот так он едет... И как рванет... На мелкие кусочки... Господи, помилуй... Лошадей поубивало, экипаж на мелкие кусочки...

        - Кого?

        - Пристава... С Александровского участка... Вот гак - я, а  вот  так  - он... А тот  боевик  -  напротив,  и  у  него  в  руках,  представьте  себе, обыкновенный пакетик, даже завернутый в газету...

        - Поймали?

        - Боевика-то? Куда там! Как бросились все в рапные стороны - его и след простыл... боевика-то,.. Говорят, какой-то переодетый матрос...

        Женщина побежала дальше... Несмотря на всю свою  суровую  сдержанность, Гаврик схватил Петю за плечо и притопнул ногами.

        - Это того самого, который деда бил кулаком по морде! - быстро,  горячо зашептал он. - А пускай не дает волю своим рукам. Верно?

        - Верно, - сказал Петя холодея.

        В этот день мальчики два раза заходили на Малую  Арнаутскую  улицу,  во двор с фонтаном и цаплей.

        В первый раз, забрав "товар", как выразился Гаврик, они отправились  на Александровский  проспект,  оцепленный  войсками.  Их  без    особого    труда пропустили.

        Пройдя

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту