Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

108

Якова, а потом провалите нам квартиру, даром людей закопаете. Чуешь?

        Гаврик кивнул головой:

        - Чую.

        За время жизни на Ближних Мельницах мальчик научился многое понимать  и многое узнал. Для него уже не  было  тайной,  что  у  Терентия  на  квартире собирается стачечный комитет.

        Сколько раз приходилось Гаврику  просиживать  на  скамеечке  у  калитки почти всю ночь, давая тихий свисток, когда возле дома появлялись чужие люди!

        Несколько раз он даже видел матроса, приходившего откуда-то на рассвете и быстро исчезавшего. Но теперь матроса почти  невозможно  было  узнать.  Он завел себе приличное драповое пальто, фуражку с  молоточками,  а  главное  - небольшие франтоватые  усики  и  бородку,  делавшие  его  до  такой  степени непохожим на себя, что мальчику не  верилось,  будто  он  именно  тот  самый человек, которого они вместе с дедушкой подобрали в море.

        Однако стоило только всмотреться в эти карие  смешливые  глаза,  в  эту капризную улыбку, в якорь на руке, чтобы всякие сомнения тотчас рассеялись.

        По неписаному, но твердому закону Ближних Мельниц - никогда  ничему  не удивляться, никогда никого не узнавать и держать язык за  зубами  -  Гаврик, встречаясь с матросом, представлялся, что видит его в первый раз. Точно  так же держался и матрос с Гавриком.

        Только один раз Жуков, уходя, кивнул мальчику,  как  хорошо  знакомому, мигнул и, хлопнув по плечу совершенно как взрослого, запел:

        - Ты не плачь, Маруся, будешь ты моя!

        И, нагнув голову, шагнул в сени, в темноту.

        А между тем Гаврик  догадывался,  что  из  всех  людей,  приходивших  к Терентию,  из  всех  представителей    завода    Гена,    мукомольной    фабрики Вайнштейна, доков, фабрики Бродского и  многих,  многих  других  матрос  был самый страшный, самый опасный гость.

        Несомненно,  он  принадлежал  к  той  славной  и  таинственной  "боевой организации", о которой так много  было  разговоров  в  последнее  время  не только на Ближних Мельницах, но и по всему городу.

        - ... Чую, - сказал Гаврик. - Только куда ж я нашего старика отведу  по такому холоду, если не на Ближние Мельницы?

        Терентий задумался.

        - Слушай здесь, - сказал он наконец, - ты его перво-наперво  отведи  на море в хибарку. В случае, если за вами кто-нибудь  и  прилипнет,  то  пускай видит, куда вы пошли. Переждете в своей халабуде до  вечера,  а  как  только смеркнет, тихонько идите прямо по такому адресу... я тебе сейчас скажу, а ты хорошенько запоминай: Малая Арнаутская, номер пятнадцать. Зайдешь к дворнику и  спросишь    Иосифа    Карловича.    Ему    скажешь,    хорошенько    запоминай: "Здравствуйте, Иосиф Карлович, прислала Софья Петровна узнать,  получили  ли вы письмо из Николаева". Тогда он тебе ответит: "Уж два месяца нету  писем". Чуешь?

        - Чую.

        - Повторить можешь?

        - Могу.

        - А ну скажи.

        Гаврик собрал на лбу прилежные складки, сморщил носик и  сосредоточенно выговорил, как на экзамене:

        - Значится, Малая Арнаутская, пятнадцать, спросить  у  дворника  Иосифа Карловича, сказать: "Здравствуйте, Иосиф Карлович,  прислала  до  вас  Софья Петровна узнать, чи вы получили письмо с Николаева". Тогда  той  мне  должен сказать: "Уж два месяца нету писем"...

        - Верно. Тогда ты ему можешь

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту