Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

96

поручению!

        Наконец, Гаврик добывал деньги игрой в ушки. Эта игра только что  вошла в моду. Ею увлекались не только  дети,  но  и  взрослые.  Ушками  назывались форменные пуговицы различных ведомств, со вбитыми внутрь петельками.

        В общих чертах игра состояла в том, что игроки ставили чашечки  ушек  в кон, а затем по очереди били по ним  специальной  ушкой-битой,  стараясь  их перевернуть орлом вверх. Каждая перевернутая таким  образом  ушка  считалась выигранной.

        Игра в ушки не была труднее или интереснее других уличных игр, но в ней заключалась особая, дьявольская прелесть: ушки стоили денег. Их всегда можно было купить и продать. Они котировались по особому курсу на уличной бирже.

        Гаврик блестяще играл в ушки. У него был твердый, сильный удар и  очень меткий глаз. В короткое время он приобрел славу чемпиона. Его мешочек всегда был наполнен превосходными, дорогими  ушками.  Когда  его  дела  становились особенно скверными, он продавал часть своего запаса.

        Но его мешочек никогда не пустовал. На другой же день Гаврик  выигрывал еще больше ушек, чем продал накануне.

        Таким образом, то, что для других было развлечением, для мальчика стало чем-то  вроде  выгодной  профессии.    Ничего    не    поделаешь,    приходилось выкручиваться!

          31 ЯЩИК НА ЛАФЕТЕ

        Надвигались события. Казалось, что они надвигаются страшно медленно.  В действительности они приближались с чудовищной быстротой курьерского поезда.

        Как хорошо было знакомо Гаврику, жителю Ближних  Мельниц,  это  чувство ожидания летящего поезда!

        Поезд еще где-то очень далеко, его еще не видно и не слышно, но длинное дилиньканье повестки  на  станции  Одесса-Товарная  уже  дает  знать  о  его приближении. Путь свободен. Семафор открыт. Рельсы  блестящи  и  неподвижны. Вокруг полная тишина. Но все уже знают, что поезд идет  и  никакая  сила  не может его остановить.

        Медленно опускается на переезде шлагбаум. Мальчики торопятся взобраться на станционный забор. Стаи птиц в тревоге снимаются с деревьев и кружат  над водокачкой. Они с высоты уже, наверно, видят поезд.

        Издалека доносится еле слышный рожок стрелочника.

        И вот, совершенно незаметно, к тишине примешивается  слабый  шум.  Даже нет. Это еще не шум. Это как бы предчувствие шума, тончайшая дрожь  рельсов, наполняющихся неощутимым звуком. Но тем не менее это - дрожь,  это  -  звук, это - шум.

        Теперь он уже ясно слышен:  медленные  выдохи  пара,  каждый  следующий явственнее предыдущего.

        И все-таки еще не верится, что через минуту пролетит курьерский. Но вот вдруг впереди неожиданно обнаруживается паровоз,  охваченный  облаком  пара. Кажется, что он стоит неподвижно в конце аллеи зеленых насаждений.

        Да, несомненно, он остановился. Но тогда почему  же  он  так  чудовищно увеличивается с каждым мигом?  Однако  уже  нет  времени  ответить  на  этот вопрос.

        Отбрасывая  в  стороны  шары  пара,  проносится    курьерский,    обдавая головокружительным  вихрем  колес,  окон,  площадок,    бандажей,    тамбуров, буферов...

        Бродя целыми днями по городу, Гаврик не мог не чувствовать  приближения событий. Они еще были где-то в пути - может быть, на полдороге между Одессой и Санкт-Петербургом, - но к тишине  ожидания  уже  примешивался

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту