Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

84

стены подземного коридора, терявшегося в могильной тьме.

        Пристав изо всех сил плюнул и, дробно  бренча  шпорами,  побежал  вниз. Ярость душила его. Он рванул перекрахмаленный воротник  пикейного  кителя  с такой силой, что отлетели крючки.

        Крупно  шагая  по  трескучему  бурьяну,  он  подошел  к  хибарке  и    с остервенением дернул дверь. Городовые в ужасе вытянулись.

        Пристав вошел в каморку и застыл, расставив ноги  и  заложив  судорожно играющие пальцы за спину. Тотчас за приставом в дверь пролез усатый.

        - Ваше высокоблагородие, разрешите доложить, - таинственно  шепнул  он, показывая круглыми глазами на дедушку, - хозяин конспиративной  квартиры,  а это его мальчишка.

        Пристав, не глядя на усатого, протянул к нему  руку,  взял  его  ощупью всей белой растопыренной пятерней за потную морду и с  яростным  отвращением оттолкнул:

        - Тебя, бал-лвана, не спрашивают. Сам знаю.

        Гаврика охватил ужас.  Он  чувствовал,  что  сейчас  произойдет  что-то страшное. Бледный и маленький, с красным,  распухшим  ухом,  он  смотрел  не мигая на стройного, плечистого офицера в голубых шароварах и черной  лаковой портупее через плечо.

        Постояв таким образом не менее  минуты,  показавшейся  мальчику  часом, пристав присел боком на койку. Не спуская глаз с дедушки, он вытянул лаковый сапог, извлек из тесного кармана серебряную папиросницу с оранжевым трутом и закурил желтую папироску.

        "Фабрики Асмолова", - подумал Гаврик.

        Пристав пустил из ноздрей дым, произнес вместе с дымом:  "Н-нусс"  -  и вдруг заорал во всю глотку так, что зазвенело в ушах:

        - Встань, мерзавец, когда находишься в присутствии офицера!

        Дедушка суетливо вскочил. Скрючив  босые  черные  ноги  и  оправляя  на тщедушном  теле  рубаху,  старик  уставился    на    пристава    бессмысленными солдатскими глазами.

        Гаврик видел, как дрожала дедушкина вытянутая шея и как  двумя  вожжами натягивалась под подбородком сухая кожа со старинным шрамом.

        - Нелегальных прячешь? - ледяным голосом произнес пристав.

        - Никак нет, - прошептал дедушка.

        - Говори: кто у тебя только что был?

        - Не могу знать.

        - Ах, ты не можешь знать! - И офицер медленно привстал.

        Сжав губы, он коротким и точным движением ударил старика в ухо с  такой силой, что тот отлетел и всем телом стукнулся в стенку.

        - Говори, кто был?

        - Не могу знать, - твердо сказал старик, двигая скулами.

        Снова мелькнул кулак в белой перчатке. Из  дедушкиных  ноздрей  потекли две слабые струйки  крови.  Старик  зажмурился,  вдавил  голову  в  плечи  и всхлипнул.

        - За что же вы  бьете,  ваше  благородие?  -  тихо,  но  грозно  сказал дедушка, вытирая под носом и показывая приставу запачканную руку.

        - Молчать! - заорал офицер бледнея.

        Большая  бархатная  родинка  чернела  на  его  гипсовом  лице.    Он    с отвращением посмотрел на свою испорченную перчатку.

        - Говори, кто был?

        - Не могу знать...

        Старик успел закрыть лицо руками и отвернуться к стенке. Удар  пришелся по голове. Штаны на коленях обвисли. Дедушка стал медленно сползать вниз.

        - Дядя, не бейте его, он -  старик!  -  со  слезами  отчаяния  закричал Гаврик, бросаясь к приставу.

        Но пристав уже выходил из хибарки, крича:

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту