Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

42

Он хотел что-то сказать, но горло сжалось.

        А торговка уже кричала, не обращая на него ни малейшего внимания:

        - Камбала, камбала, камбала! Бычки, бычки, бычки!

        - Мадам Стороженко, - наконец с большим  трудом  выговорил  мальчик,  - мадам Стороженко...

        Она нетерпеливо обернулась:

        - Ты еще здесь? Ну?

        - Мадам Стороженко... сколько же вы даете за сотню?

        - Тридцать копеек  сотня,  итого  семьдесят  пять  копеек,  да  вы  мне остались один рубль пятьдесят пять, значит, еще с  вас  восемьдесят.  Так  и скажешь дедушке. До свиданья.

        - Тридцать копеек сотня!

        Гаврику хотелось кричать от обиды и злости. Дать бы ей  изо  всей  силы кулаком в морду, так чтоб из носа потекла юшка.  Обязательно  чтоб  потекла. Или укусить...

        Но вместо этого он вдруг заискивающе улыбнулся и  проговорил,  чуть  не плача:

        - Мадам Стороженко, вы же всегда давали по сорок пять...

        - Скажите спасибо, что даю за такую рвань по тридцать. Иди с богом!

        - Мадам Стороженко... Вы ж сами торгуете по восемьдесят...

        - Иди, иди, не морочь голову! Мой товар. По сколько надо, по столько  и торгую, ты мне можешь не указывать... Камбала, камбала, камбала!

        Гаврик посмотрел на мадам  Стороженко.  Она  сидела  на  своей  детской скамеечке - громадная, неприступная, каменная.

        Он мог бы ей сказать, что у них с дедушкой совершенно  нет  денег,  что надо  обязательно  купить  хлеба  и  мяса    для    наживки,    что    требуется всего-навсего копеек пятнадцать - двадцать, - но стоило ли унижаться?

        В мальчике вдруг заговорила рыбацкая гордость.

        Он вытер рукавом слезы, щипавшие облупленный носик,  высморкался  двумя пальцами в пыль, вскинул на плечо легкий садок и пошел прочь  своей  цепкой, черноморской походочкой.

        Он шел и думал, где бы раздобыть мяса и хлеба.

          14 "НИЖНИЕ ЧИНЫ"

        Хотя, как мы это видели, жизнь  Гаврика  была  полна  трудов  и  забот, совершенно как у взрослого человека, все же не следует забывать, что он  был всего лишь девятилетний мальчик.

        У него были друзья и приятели,  с  которыми  он  охотно  играл,  бегал, дрался, ловил воробьев, стрелял из рогатки и вообще занимался всем тем,  чем занимались все одесские мальчики небогатых семейств.

        Он принадлежал к категории так называемых "уличных мальчиков", а потому знакомства у него были обширные.

        Никто не мешал ему ходить по любым дворам и играть на любой  улице.  Он был свободная птица. Весь город принадлежал ему.

        Однако и у самой свободной птицы есть  свои  особо  излюбленные  места. Гаврик обосновался главным образом в районе приморских улиц Страды и  Малого Фонтана. Здесь он безраздельно царил среди прочих мальчиков,  со  страхом  и восхищением взиравших на его независимую жизнь.

        Приятелей у Гаврика было много, а настоящих друзей всего один - Петя.

        Проще всего было бы пойти к Пете и посоветоваться насчет хлеба и  мяса. Конечно, денег у Пети  не  было,  особенно  таких  больших,  как  пятнадцать копеек. Об этом нечего и думать. Но Петя мог бы  утащить  на  кухне  кусочек мяса и достать в буфете хлеб.

        Гаврик был один раз у Пети в гостях на прошлое  рождество  и  прекрасно знал, что у них есть буфет, где лежит  много  хлеба,  на  который  никто  не обращает

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту