Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

38

квасе  нечего  и думать!

        Гаврик сплюнул совершенно так же, как это делали взрослые рыбаки, когда их одолевала забота.

        Он переставил садок с одного плеча на другое и отправился дальше, унося в воображении нарядный образ Ваньки-ключника  и  душистую  прохладу  кислого кваса, которого так и не попробовал.

        Дальше шел уже настоящий город, с высокими домами,  лавками,  складами, воротами.

        Все  было  испещрено  сквозной  тенью  акаций,    светившихся    зелеными виноградинами листьев.

        По мостовой тарахтел  фургон.  Пестрая  тень  неслась  сверху  вниз  по лошадям в высоких немецких хомутах, по кучеру, по белым стенкам с  надписью: "Завод искусственного льда".

        Шли кухарки с корзинами. По ним тоже скользила тень.

        Собаки  с  высунутыми  языками  подбежали  к    специальным    жестянкам, прикованным к стволам деревьев. Задрав хвост  бубликом,  они  лакали  теплую воду, чрезвычайно довольные одесской  городской  управой,  позаботившейся  о том, чтобы они не бесились от жажды.

        Все это было хорошо знакомо и малоинтересно.

        Но вот  что  вызвало  изумление  -  тележка,  запряженная  пони.  Такой маленькой лошадки Гаврик еще никогда в жизни не видывал. Не больше теленка и вместе с тем совершенно как большая.

        Бежевая, пузатенькая, с  шоколадной  гривкой  и  маленьким,  но  пышным хвостом, в соломенной шляпке с дырами для ушей, она стояла, подняв  мохнатые ресницы, смиренно и скромно, как благовоспитанная девочка, возле подъезда  в тени акации.

        Лошадку окружали дети.

        Гаврик подошел и долго стоял молча, не зная, как отнестись к  феномену. Нет слов, лошадка ему понравилась. Но вместе с  тем  она  вызывала  также  и чувство раздражения.

        Он обошел лошадку со всех сторон. Лошадь как лошадь: копытца,  челочка, зубки. Но до чего же маленькая! Даже противно.

        - Подумаешь, лошадь! - сказал он с презрением и сморщил нос.

        - Это не лошадь, это не лошадь! - поспешно затараторила девочка с двумя косичками, приседая от восторга и хлопая в ладоши, - Это совсем не лошадь, а всего только поня.

        - А вот лошадь, - сумрачно сказал Гаврик и тотчас надулся от  стыда  за то, что не удержался и унизился до разговора с такой малявкой в бантиках.

        - А вот поня, а вот поня!

        - Из цирка, - сиплым басом проговорил Гаврик, как бы не обращаясь ни  к кому. - Обыкновенная из цирка.

        - А вот не из цирка, а вот не из цирка! Поня. На ней  развозят  керосин Нобеля, на поне. Видишь, жестянки.

        Действительно, в тележке стояли чистенькие бидоны с керосином.

        Для Гаврика это была полная неожиданность. Известно всем,  что  керосин покупается в лавочке на копейку кварта в собственную посуду.

        Но чтоб его развозили по домам в тележке, да еще и запряженной какой-то нарядной поней, - это было уж слишком!

        - Простая лошадь! - сердито огрызнулся Гаврик, отходя прочь.

        - А вот и поня! А вот поня! А вот поня! - кричала  ему  вслед  девочка, как попугай, и, приседая, хлопала в ладоши.

        "Сама ты поня", - подумал Гаврик, но,  к  сожалению,  не  было  времени затевать крупную ссору.

        Огибая вокзальный сквер, из-за чугунной решетки которого горячо и  сухо пахло миртом и туей с терпкими шишечками, мальчик остановился, задрал голову и довольно долго смотрел

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту