Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

21

пассажиру, но даже как бы молчаливо разрешал ему ходить куда угодно, даже  в каюту первого класса.

        Петя ясно видел,  что  произошло,  когда  старший  помощник  подошел  к странному пассажиру со своей проволочной кассой.

        - Ваш билет, - сказал старший помощник.

        Пассажир что-то шепнул ему на ухо. Старший помощник  кивнул  головой  и сказал:

        - Пожалуйста.

        После этого никто уже больше не тревожил странного пассажира. А он стал прогуливаться по всему пароходу,  заглядывая  всюду:  в  каюты,  в  машинное отделение, в буфет, в уборную, в трюм.

        Кто же он был?

        Помещик? Нет. Помещики так не одевались и не так себя вели.

        У бессарабского помещика обязательно был парусиновый  пылевик  и  белый дорожный картуз с козырьком, захватанным пальцами. Затем кукурузные  степные усы и небольшая плетеная корзиночка с  висячим  замком.  В  ней  обязательно находились ящичек копченой  скумбрии,  помидоры,  брынза  и  две-три  кварты белого молодого вина в зеленом штофике.

        Помещики ехали ради экономии во втором классе, держались все вместе, из каюты не выходили и все время закусывали или играли в карты.

        Петя не видел в их компании странного пассажира.

        На нем, правда, был летний картуз, но зато  не  было  ни  пылевика,  ни корзиночки.

        Нет, конечно, это был не помещик.

        Может быть, он какой-нибудь чиновник с почты или учитель?

        Вряд ли.

        Хотя у него и была под пиджаком чесучовая рубашка с отложным воротником и вместо галстука висел шнурок с помпончиками, но зато  никак  не  подходили закрученные вверх черные, как вакса, усы и выскобленный подбородок.

        И уже совсем не подходило ни к  какой  категории  пассажиров  небывалой величины дымчатое пенсне на мясистом, вульгарном носу с  ноздрями,  набитыми волосом.

        И потом, эти брюки в мелкую полоску и скороходовские сандалии,  надетые на толстые белые, какие-то казенные карпетки.

        Нет, тут положительно что-то было неладно.

        Засунув руки  в  карманы  -  что,  надо  сказать,  было  ему  строжайше запрещено,  -  Петя  с  самым  независимым  видом  расхаживал  за    странным пассажиром по всему пароходу.

        Сперва странный  пассажир  постоял  в  узком  проходе  возле  машинного отделения, рядом с кухней.

        Из кухни разило горьким чадом  кухмистерской,  а  из  открытых  отдушин машинного отделения дуло  горячим  ветром,  насыщенным  запахом  перегретого пара, железа, кипятка и масла.

        Стеклянная рама люка была приподнята. Можно  было  сверху  заглянуть  в машинное отделение, что Петя с наслаждением и проделал.

        Он знал эту машину, как свои пять пальцев. Но каждый раз  она  вызывала восхищение. Мальчик готов был смотреть на ее работу часами.

        Хотя всем было известно, что машина устаревшая, никуда не годная и  так далее, но, даже и такая,  она  поражала  своей  невероятной,  сокрушительной силой.

        Стальные шатуны, облитые тугим зеленым маслом, носились туда и  обратно с легкостью, изумительной при их стопудовом весе.

        Жарко  шаркали  поршни.    Порхали    литые    кривошипы.    Медные    диски эксцентриков быстро и нервно терлись друг  о  друга,  оказывая  таинственное влияние на почти незаметную, кропотливую  деятельность  скромных,  но  очень важных золотников.

        И надо всем

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту