Катаев Валентин Петрович
(1897—1986)
Проза
Биографии и мемуары

19

Не стало видно  развалин  старинной турецкой  крепости.  А  пароход  продолжал  идти    по    непомерно    широкому днестровскому лиману, и казалось, конца-краю не  будет  некрасивой  кофейной воде, облитой оловом солнца. Вода была так мутна, что тень  парохода  лежала на ней как на глине.

        Путешествие все еще как будто и не начиналось. Измученные лиманом,  все ожидали выхода в море.

        Наконец часа через полтора пароход стал выходить из устья лимана.

        Петя прильнул к  борту,  боясь  пропустить  малейшую  подробность  этой торжественной минуты. Вода заметно посветлела, хотя все еще была  достаточно грязной.

        Волна  пошла  крупнее  и  выше.  Красные  палки  буйков,    показывавшие фарватер,  торчали  из  воды,  валко  раскачиваясь  остроконечными  грибками шляпок.

        Иногда они проплывали так близко  от  борта,  что  Петя  ясно  видел  в середине такого решетчатого грибка железную клеточку, куда  ночью  вставляют фонарик.

        "Тургенев" обогнал несколько черных рыбачьих лодок и два дубка с  круто надутыми темными парусами.

        Лодки закачались, поднятые и опущенные волной, оставленной пароходом.

        Мимо горючего песчаного мыса Каролино-Бугаз с казармой и мачтой кордона широкая водяная дорога, отмеченная двумя рядами буйков, выводила в  открытое море.

        Капитан всякую минуту заглядывал в  компас,  лично  показывая  рулевому курс.

        Дело было, как видно, нешуточное.

        Вода  стала  еще  светлей.  Теперь  она  была  явно  разбавлена  чистой голубоватой морской водой.

        - Средний ход! - сказал капитан в рупор.

        Впереди, резко отделяясь от  желтой  воды  лимана,  лежала  черно-синяя полоса мохнатого моря.

        - Малый ход!

        Оттуда било свежим ветром.

        - Самый малый!

        Машина почти перестала дышать. Лопасти еле-еле шлепали по воде. Плоский берег тянулся так близко, что казалось, до него ничего не стоит дойти вброд.

        Маленький,  ослепительно  белый  маячок  кордона;  высокая  его  мачта, нарядно одетая гирляндами разноцветных морских  флагов,  отнесенных  крепким бризом в одну сторону; канонерка, низко сидящая в  камышах;  фигурки  солдат пограничной стражи, стирающих белье в мелкой хрустальной воде,  -  все  это, подробно  освещенное  солнцем,  почти  бесшумно  двигалось  мимо    парохода, отчетливое и прозрачное, как переводная картинка.

        Близкое присутствие моря возвратило миру свежесть и чистоту, как  будто бы сразу сдуло с парохода и пассажиров всю пыль.

        Даже ящики и корзины, бывшие до сих пор отвратительно скучным  товаром, мало-помалу превращались в груз и по мере приближения к морю стали, как  это и подобало грузу, слегка поскрипывать.

        - Средний ход!

        Кордон  был  уже  за  кормой,  поворачивался,  уходил    вдаль.    Чистая темно-зеленая глубокая вода окружала пароход. Едва он вошел в нее,  как  его сразу подхватила качка, обдало водяной пылью крепкого ветра.

        - Полный ход!

        Мрачные клубы сажи обильно повалили из сипящих труб. Косая  тень  легла на кормовой тент.

        Как видно, не так-то легко было  старушке  машине  бороться  с  сильной волной открытого моря. Она задышала тяжелей.

        Мерно заскрипела дряблая обшивка. Якорь под бушпритом кланялся волне.

        Ветер уже успел сорвать чью-то соломенную  шляпу,  и  она  уплывала

 

Фотогалерея

Kataev photo 12
Kataev photo 11
Kataev photo 10
Kataev photo 9
Kataev photo 7

Статьи








Читать также


Поиск по книгам:



Рассказы, фельетоны
Голосование
Рейтинг произведений Валентина Катаева.


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту